За кладом Пугачева Печать
Рейтинг пользователей: / 2
ХудшийЛучший 

За кладом Пугачева

Весной 1774 года, вскоре после ледохода, на причал одного из демидовских заводов спустилась ватага пугачевских разбойников. На большую лодку, кряхтя и чертыхаясь, затащили две неподъемные кадушки с золотым песком, затем рядом поставили четыре бочки с вином, награбленным из заводских запасов. И три бочки с мехами и шубами. Оттолкнулись шестами от берега, на заводской плотине подняли ворота шлюза. Огромная волна из пруда подхватывает и несет лодку с сокровищами, на которой, подбоченясь, возвышается в собольей шапке пугачевский атаман. Путь лежит вниз по Чусовой к камню Четыре Брата.

Историки против кладоискателей

Первым делом за помощью я отправился в Музей истории реки Чусовой к знаменитому краеведу Леонарду Постникову, который больше всех знает о тайнах и загадках чусовских земель. Я ведь далеко не первый, кто пытался найти сокровища Пугачева.

Клад Пугачева на реке Чусовой искали многие в XVIII, XIX и XX веках. С 1972 по 1983 годы несколько экспедиций организовал доктор геолого-минералогических наук профессор Анатолий Малахов из Свердловска. На попавшей в его руки малахитовой старинной шкатулке профессор обнаружил слово «Клад» и карту, якобы указывающую на камень Четыре Брата на Чусовой.

- Слышал я о кладе, - признался Леонард Дмитриевич, - ведь еще в 80-х годах историки писали, что клада на Чусовой Пугачев зарыть не мог. Он здесь никогда не был. Но кладоискателей не переубедишь... Жил у нас в Чусовом одержимый пугачевскими сокровищами Николай Шамов. Прочитав статью против кладоискателей, Шамов только обрадовался: «Значит, теперь кладоискателей на Чусовой поубавится, и золото точно достанется мне!» Он даже бросил работу шофера и, пока два года назад не погиб в автомобильной катастрофе, все свое время посвящал поиску клада.

Афера Ивана Белобородова

Иду искать данные в библиотеку. Оказалось, не все так просто. В источниках есть указания, что клад все-таки мог быть. Пугачевцев, но не Пугачева...

В январе 1774 года в селе Медянка Кунгурского района две сотни решивших примкнуть к Пугачеву крестьян выбрали своим атаманом отставного артиллериста Ивана Белобородова. Ему было суждено стать самым видным представителем пугачевского движения среди пермяков.

Александр Пушкин в «Капитанской дочке» несправедливо рисует его образ, как тщедушного старичка-душегуба. На самом деле это был молодой, 33 лет, хитрый, сильный мужик, склонный, судя по воспоминаниям, скорее думать о личном обогащении, чем о кровопролитии.

Зимой 1774 года ему сопутствовала редкая удача. В январе отряд захватил три завода на Сылве. Увеличившись до нескольких тысяч бойцов, полк Ивана Белобородова пошел на Чусовую. За полмесяца пугачевцы захватили Илимскую пристань, Шайтанские, Уткинские заводы и золотые прииски на притоках в верховьях Чусовой.

Но в марте удача изменила. Регулярные войска императрицы выбили Белобородова из Шайтанских заводов, разбили под Уткой. Атаман должен был отступать и идти на юг, на соединение с основными силами Пугачева под Оренбургом.

К тому времени у Белобородова скопились значительные богатства, награбленные на приисках и заводах. Везти сокровища с собой по непролазной весенней распутице? Да довезешь ли, не отобьют ли царицыны прислужники по дороге? Мелькала, должно быть, у Белобородова и другая, подленькая, мыслишка: а довезешь, значит, отдай золото Пугачеву, а сам, как был, оставайся нищим...

На счастье, скоро река Чусовая освободилась ото льда и решение пришло само - отвезти золото вниз по реке и спрятать в безлюдном месте, где его не найдут ни царские генералы, ни Емельян Пугачев. Для себя.

Версию клада подтверждают воспоминания служившего в отряде Белобородова сотника Дмитрия Верхоланцева с Ревдинского завода. Он был помилован царским судом и благополучно дожил до преклонных лет. «В конце марта - начале апреля 1774 года после отступления с Каслинского завода, - вспоминал Верхоланцев, - атаман Иван Белобородов на время покинул свое войско. Он уехал на телеге с каслинским мужиком в обратном направлении». На Чусовую, перепрятывать свой клад?

Увы, воспользоваться не чисто нажитыми сокровищами Белобородову не пришлось. Вскоре в бою под Казанью он был взят в плен. Вместе с многими другими участниками пугачевского восстания Белобородов был казнен на московской площади.

Попытка - не пытка

Деревянная плоскодонка скользит над подводными, грозящими опасностью, камнями по обмелевшей на июльской жаре реке под громкий рев мотора. С руководителем турклуба Владимиром Стариченко мы проплываем мимо величественного камня Красный у поселка Усть-Койва. Дальше на нашем пути вверх по реке никаких человеческих поселений.

Природа открывается здесь в своей первозданной красоте. Стоит поднять голову на огромные камни-великаны, охраняющие берега реки, как забываешь обо всем. Старые сосны цепляются за узкие уступы, на которых не устоять человеку. Осколки былого величия уральских лесов, до которых не добраться было лесорубу, - внизу таких прекрасных деревьев больше нет. Холодные ручьи в скалах пробивают дороги к реке. Загадочные пещеры хранят свои древние тайны. Здесь невольно приходят мысли о кладах.

- Я помню кладоискателей, которые в восьмидесятые годы разбили свой лагерь между бойцами Разбойник и Четыре Брата, - рассказывает Владимир Стариченко. - Серьезные были люди. Геологи, спелеологи, со взрывчаткой и оборудованием. Собрались они со всей России, особенно было много из Москвы и Свердловска. Жили здесь по месяцу два сезона. В основном искали в одной пещере, вход в которую затем завалили, чтобы больше никто туда не лез. Сам я верю - нет здесь никакого клада.

Вспоминаем мы и местного кладоискателя Николая Шамова. Однажды его золотоискательский прибор - проволочная рамка на деревянной ручке - показал наличие какой-то подземной камеры на берегу реки. За две бутылки водки (советское было время) он нанял экскаваторщика, который перекопал до основания берег.

- Видно, глубже надо было копать, - шутили рассерженные ущербом, нанесенным природе, чусовляне, тыкая пальцем в ямы, где виднелось уже скальное основание. Но мер к горе-кладоискателю не применяли.

Столь же неудачно искал клад и лозоходец из Ташкента Борис Бондарев. Хотя, по его словам, в окрестностях камня Четыре Брата (или Пять Братьев) и камня Разбойник лоза неоднократно реагировала на золото.

Подвел собственного изобретателя кладоискательский прибор профессора Малахова. В одном месте прибор показал алмазы и золото весом до 200 кг на глубине 3 метров. Вот, должно быть, проклинали Малахова другие участники экспедиции, когда вырыли на этом месте трехметровую яму, но никакого золота, да и алмазов, не нашли.

Мне столько рыть не придется, я точно знаю, где золото!

Вещий сон

Как искать клады, с чего начинать? В старину, например, в ночь накануне Ивана Купала искали цветок папоротника, который точнее любого прибора указывал, где лежит золото. (наверное, и в древности были такие несчастные люди как шофер Николай Шамов!) Историю о кладе я как раз в июльскую ночь рассказал одной знакомой, которая думала о себе, что обладает прорицательными способностями.Она на следующий день вызвала для разговора:

- Сегодня я видела вещий сон: невысокие скалы, заросли кустарника и молодых деревьев. Несколько бородатых мужиков закапывают в землю большие бочки. Неглубоко, лишь присыпав сверху. Затем с трудом сдвигают огромный камень и закрывают им место клада. Камень я хорошо разглядела: длиной полтора, высотой в метр, правильной прямоугольной формы, но без прямых углов и граней, закругленный со всех сторон.

Затем прорицательница прозрачно намекнула, что надо бы заплатить...

- Найду золото - половина твоя, - щедро обещаю награду - и собираюсь в путь. Почему бы и не довериться вещему сну, если нет других путей? Чем это хуже лозоходства или знаменитого прибора профессора Малахова, если они клада не нашли?

У камня Разбойник

В двух километрах по реке от нашей цели еще один знаменитый чусовской боец - Разбойник.

В XVIII-XIX веках, пока не построили железную дорогу, каждую весну караваны барок, груженных уральским железом, мчались по реке вниз. Не все доплывали до Перми. Каждый год прибрежные скалы-бойцы собирали кровавую жатву, отправляя на дно по 10-20 барок вместе с грузом и людьми.

Самым опасным на Чусовой считался камень Разбойник, далеко выпиравший в реку своим острым краем.

Но дело было не только в рельефе камня. Дурная слава шла о жителях ближайшей деревеньки Усть-Кумыш.

- Смотрите, девки пляшут! - орали, разинув рты, сплавщики на барках, когда на берегу на висячей скале Кликунчик появлялись внезапно красавицы в расписных сарафанах и пускались водить над самым обрывом хороводы. Словно греческие сирены, они отвлекали сплавщиков, чтобы барки с грузом летели прямиком на страшный гребень Разбойника.

Если барка разбивалась, из прибрежных зарослей появлялись кумышанские мужики, топили пытающихся спастись и грабили груз.

Деревня была покинута жителями в советское время.

- Но разбойники там еще остались, - рассказали мне милиционеры из ОВД Лысьвы. - В июле нашли в том краю избушку, в которой скрывались двое бомжей, и изъяли у них два незарегистрированных охотничьих ружья. Кто знает, в кого они из них палили?

До сих пор два километра реки между камнями Разбойник и Четыре Брата - самое страшное место на Чусовой. Где-то здесь унесенные течением от Разбойника вниз по реке лежат под слоем речной гальки и песка остовы сотен разбитых барок с их грузом и обглоданные рыбами скелеты несчастных бурлаков, не сумевших выбраться из бурных весенних волн. А их неприкаянные души бродят по крутым скалам на берегу и сторожат пугачевские клады.

Бочки с золотом

Скалы-пальцы, застывшие у воды словно части нависшей над берегом руки, из которых состоит камень Четыре Брата, прорезает долина высохшего на небывалой жаре ручья. Попав сюда, я почувствовал себя словно на страницах романа Дж. Толкиена, такой мистикой веет от сухого ручья и окружающих его огромных круглых валунов, которые словно специально принесли сюда сказочные великаны. Русло ручья, выложенное гладкими камешками, словно ровная дорожка в парке, ведущая меня в глубь густых зарослей колючего кустарника, крапивы и низкорослых березок.

Не обращая внимания на укусы комаров и слепней, которые набросились на меня, словно не хотели отдавать сокровища, я приступаю к работе. Рою перед камнем полуметровой глубины яму. Моя лопата внезапно натыкается на дерево... Бочка с золотом? Я копаю изо всех сил. Увы... это только старое корневище.

Тогда решаю сдвинуть камень с места. Нахожу подходящей величины бревно, пользуясь им как рычагом, наваливаюсь изо всех сил... Камень сдвигается сантиметров на пять. Обливаясь потом, снова берусь за лопату, углубляя яму, в которую хочу столкнуть камень. Но... бочек с золотом под камнем не оказалось!

В аномальной зоне

Настроение безнадежно испорчено. Но приключения нас впереди еще ждут.

Мы плывем на моторке обратно. Владимир Стариченко рассказывает, что и сейчас плавать по реке тоже небезопасно:

- Река стала мелкая как никогда, много подводных камней. Вот это - боец Отметыш, - показывает он на небольшую вертикально взмывающую вверх скалу, изрезанную глубокими трещинами. - В конце XIX века ее взорвали, так как она была тоже очень опасна для барок. Но часть ее гребня, который выдавался в реку, остался на дне. Были случаи, что люди не только ломали об него винт, но и пропарывали насквозь лодку и возвращались домой пешком.

Наша лодка легко бежит по волнам. И вдруг... раздается страшный удар. Мы налетаем на невидимый подводный камень, словно локомотив на положенную поперек пути шпалу. Владимира выталкивает с кормы в воду. Неуправляемая лодка кругами мчится по реке, виляя поджарым задом.

- Как выключить мотор? - ору я борющемуся с волнами товарищу, ибо сам ни разу в жизни моторкой не управлял. Нажимая подряд на все кнопки, я, наконец, останавливаю моторку и подгребаю к спутнику, который уже выбрался на мелководье.

Одна лопасть гребного винта оторвана напрочь. С огромным трудом, дрожа всеми железными частями, лодка все-таки идет к городу Чусовому.

Ох, неспроста с кладоискателями вечно случаются приключения. Видимо, сребролюбие людей до добра не доводит! Я сам вернулся из похода весь в синяках и шишках, радуясь, что добрался домой живым. Больше искать пугачевские клады не поеду и не советую никому.

- Я же не говорила, что камень с кладом находится у скалы Четыре Брата, - оправдывалась предсказательница. - Таких камней на Чусовой еще много.

А дураков на Руси, чтобы эти камни ворочать, еще больше. Нет, не стоит тревожить сокровища, тем более, если не знаешь - где искать. Да и принадлежат они не нам.

Газета «Звезда» (Пермь), 14.08.2004